Любовное настроение / In The Mood For Love

Встретились два одиночества
"Любовное настроение? Девушка, всегда есть!", - два года назад ответил мне разулыбавшийся вдруг продавец видеокассет, когда после выхода из кинотеатра я поняла, что этот фильм Вонга Кар-вая я буду смотреть ещё не раз. "Нет, - говорю, вы не поняли... фильм такой должен был выйти". "Ааа ... нее, пока нет".
В гонконгских шестидесятых было почти так же, как в советских: коммуналки, разговоры на кухне, работа от звонка до звонка, роман-газета, звуки радиолы, обшарпанные стены, тусклый свет, просьбы привезти сумочку из-за границы и досужие соседские сплетни. Только у нас не играли в маджонг и не ужинали китайской лапшой, как в последнем и, кажется, самом цельном и сильном фильме Кар-вая.
Он и Она заселились в соседние квартиры. Он - с женой, Она - с мужем. Но его жены часто не бывает дома: командировки. Также часто не бывает дома её мужа. Совпадение случайных деталей, и отгадка отсутствия ясна: оба супруга изменяют, а госпожа Чань и господин Чоу пытаются понять механизм рождения любви между своими неверными, но не влюбиться. Они влюбляются. Так и не поняв, как. Вонг Кар-вай не боится банальных сюжетов. Все его фильмы - о любви, точнее - о влюблённости, ещё точнее - о том мгновении, когда мир концентрируется в пределах глаз. Тех, что напротив. "Любовное настроение" - нежная, чуть размытая акварель, рисуют которую полувзгляды, полуулыбки, внезапно заполняющие всё человеческое существо, разламывая реальность неожиданным сдвигом времени, рапидом и музыкой Майкла Галасса в каплях дождя. Время в мире Кар-вая измеряется количеством выкуренных сигарет и длительностью взгляда. Только в финале он на минуту включит хронометр, сделает засечку в общем потоке времени кадрами хроники встречи Шарля де Голля. Частную историю режиссёр соотнесёт с мировой, как это сделал Тарковский в кино и Пруст - в литературе.
Глаз неверных супругов Кар-вай не покажет ни разу, в них нет ничего интересного. Зато угадает нежность в глазах Тони Люна, и будет любоваться Мэгги Чун. Они попробуют сыграть пьесу об измене, а получится история новой любви. Дым его сигарет безуспешен в попытке сломать тонкую перегородку стены, за которой мисс "прекрасное одиночество" безуспешна в попытке заснуть.
Пронзительная скрипка, немножко серебристого пепла сгоревшего сердца, чуть-чуть слёз в самой глубине глаз - вот и всё, что останется от жгучего напряжения нерва, от боязни нарушить красоту. Эта красота не ускользнула от жюри Каннского фестиваля, назвавшего роль Тони Люна "лучшей мужской". Мэгги Чун вручили "Золотого Коня" в Тайпее на фестивале Китайского кино.
Герои Кар-вая всегда одиноки, даже когда влюблены, все они - художники жизни, её философы и поэты, глубокие актёры-трагики, вечные, как сама любовь. Быть вместе в пределах философии Кар-вая невозможно, но можно влюбиться, чтобы обладать своей человеческой тайной. "В древние времена, когда у человека появлялась тайна, с которой он ни с кем не хотел делиться, знаешь, что он делал? Он поднимался на гору, находил в нём подходящее дерево, проделывал в нём дупло и шёпотом поведывал ему свою тайну. Потом брал влажную глину и заделывал ею дупло. И тайна на веки вечные оставалась тайной". Свою тайну Вонг Кар-вай, к счастью, не прячет в дупло, он ею делиться со зрителем. Чтобы "Любовное настроение" могли обрести и мы.

Рецензия:
Фильм Вонга Кар Вая переносит нас в трудовой Гонконг 1962-го года. Су (Мэгги Чун) и Чоу (Тони Люн) обитают вместе с супругами в противоположных комнатах большой квартиры. Сохраняя верность своим половинкам, они, при всей взаимной симпатии, и подумать не могут о том, чтобы переступить черту порядочных добрососедских отношений. Но все меняется, когда Су и Чоу узнают, что их супруги изменяют им друг с другом. Тогда-то и начинаются бесконечные ужины в дешевых закусочных и грустные блуждания по улицам ночного Гонконга.
Но то, что связывает жертв измены, сложно назвать любовью. Это именно любовное настроение, репетиция чувств, тонкая игра, растянутая во времени на несколько лет. В этих отношениях отсутствует плотский аспект (по крайней мере, режиссер не говорит об этом ни слова). Отсутствует ревность, терзания, страсть. Роман Су и Чоу изображен в картине Кар Вая с помощью сдержанных диалогов и немногочисленных авторских комментариев, поражающих своей точностью и словесным аскетизмом.
После просмотра у рядового зрителя, наверняка, возникнет три важных вопроса. Во-первых, какой лак использовала героиня, что ее фигурная прическа не меняет очертаний ни днем, ни ночью? Во-вторых, как из маленьких сухих семечек кунжута, которым наши кулинары посыпают булочки, можно приготовить нечто, называемое сиропом? И, наконец, в-третьих, получил ли материальное поощрение режиссер за многократную демонстрацию в кадре круглых настенных часов марки "Siemens"?
Ну а если говорить серьезно, то более всего в "Любовном настроении" поражает удивительная пространственная (сочетание объектов в кадре) и временная (сочетание отдельных эпизодов) гармония, благодаря которой фильм нельзя назвать иначе как блестящим произведением операторского искусства. И даже такие, казалось бы, незначительные фрагменты, как поход девушки за лапшой, обретают в контексте фильма предельную значимость. Какой бы сложной ни была композиция, сколько бы объектов ни находилось в кадре, Вонгу Кар Ваю удается сбалансировать все детали до миллиметра. Обстановка, в которой разворачивается действие картины, напоминает наши коммунальные квартиры. Фрагменты быта, шумного, общественного, осточертелого, сочетаются с тонкой интимностью красивого романа. Немые сцены, исполненные запредельной чувственностью, плавно перемежаются с зарисовками кухонных посиделок и рабочих будней.
За все время повествования камера, словно сговорившись с режиссером, ни разу не показывает лиц изменников. Мы не наблюдаем ожидаемого "любовного квадрата" с присущими подобным сюжетам пикантными положениями. Нет, в центре фильма исключительно "любовное настроение" Чоу и Су. Именно их (и только их) отношения охватывает сценарий от первой и до последней сцены. В этом плане Кар Вая можно упрекнуть в минимализме, особенно с учетом предельной простоты и однолинейности сюжета.
Что же касается подбора актеров, то он не вызвал особого удивления. Мэгги Чун - Мисс Гонконг 1983 года, - равно как и Тони Люн, прославившийся своей ролью в сюрреалистической постановке мэтра под названием "Чункингский экспресс", давно уже стали любимцами Вонга Кар Вая. И если последний приковывает внимание изумительным сочетанием чувственности и изящного сомнамбулизма, то первая пленяет женственностью и сдержанной пластикой актерской игры.
Максим Николаев